In vino veritas

Оглавление журнала

Сегодня шутят, что популярность такого способа вложения денег, как марочные вина, привела к появлению инвестиционного фонда, портфель которого наполнен бутылками самого «божественного» из напитков. Пайщикам этого фонда редко удается выполнять главное условие «винных» инвестиций — покупать сразу две бутылки, чтобы одну выпить, а на другой заработать: ни один коллекционер вин не рассматривает свое собрание целиком и полностью как инвестиционный инструмент. В первую очередь он любит сам напиток.

Грузите ящиками
На самом деле покупка одной-двух бутылок не самый лучший способ вложения денег. Как правило, вино продается и покупается ящиками из 12 бутылок. Никогда не стоит приобретать ящик из 11 бутылок: подобное наполнение может свидетельствовать о том, что продавец попробовал вино и остался им недоволен. Полные ящики вызывают у инвесторов большее доверие еще и потому, что качество их хранения лучше, нежели условия содержания бутылок. Известно, что вино обладает способностью годами «жить» в стекле, со временем улучшая свои вкусовые качества, за счет чего вырастает его цена. Кстати, таким же свойством обладает и аналогичный домашний плодово-ягодный напиток, хотя он вряд ли когда-либо станет выгодным объектом для вложений. Огромные шестилитровые и девятилитровые бутыли представляют особую ценность для инвесторов. Они не только редки, но и способствуют увеличению продолжительности «жизни» вина по сравнению со стандартными емкостями объемом 750 мл. Большой любовью коллекционеров пользуются полуторалитровые бутылки под названием magnum. Известно, что отборные вина лучших лет обязательно разливаются в такие сосуды, а чем меньше объем бутылки, тем быстрее вино созревает и стареет.

В поисках Грааля...
В вопросе о том, когда следует покупать вино, эксперты единодушны. Дешевле всего его можно приобрести на ранних стадиях производства, в ходе фьючерсных торгов, когда молодые вина еще находятся в бочках. Однако система фьючерсных торгов в Бордо выстроена таким образом, что даже крупная фирма-продавец не может «добраться» до вин, не то что рядовой инвестор! Этой возможностью обладают лишь крупные торговые компании-негоцианты, такие как Christie's, Farr Vintners, Berry Bros & Rudd, John Armit и Corney & Barrow. Бургундская система торговли не препятствует заключению контрактов непосредственно с виноделами. Фьючерсные операции с молодым вином регулярно обсуждаются на сайтах винных магазинов, в том числе и в России. Конечно, фьючерсы способны принести большую прибыль, но и сопряжены с высоким риском: о качестве купленного вина, например, можно будет судить лишь спустя полтора года, когда оно будет разлито по бутылкам и поступит в розничную продажу. От пяти до десяти лет потребуется, чтобы напиток достиг своей зрелости — не только вкусовой, но и финансовой. Минимальный срок созревания великих вин составляет семь лет. Словом, если вы хотите инвестировать в винные коллекции, покупайте перспективное вино и спокойно ждите счастливого года, когда оно будет готово и его стоимость заметно подскочит. Хотя инвестиции в винные коллекции рассматриваются лишь как возможность дифференциации активов и в них не рекомендуется вкладывать более 5% акций, стартовый капитал для выхода на данный рынок составляет не менее 10 тыс. долл. Сегодня для инвестора существует три основных способа покупки вина: взаимодействие с производителями из Франции, Италии, Испании, обращение к компаниям-негоциантам, активно функционирующим в Лондоне и Нью-Йорке; выход на российскую фирму-импортера. Цены негоциантов формируются на винных аукционах. Не стоит обходить вниманием рейтинги Wine Spectator, составленные известным специалистом по винам Робертом Паркером. (В прошлом возглавлявший аукционы Christie's, сегодня Роберт Паркер — культовая личность в винном мире.) При желании инвестор может сформировать собственный банк данных лучших и наиболее популярных среди западных коллекционеров вин.

Чтобы не дать разбить, чтоб сохранить...
Итак, выбран надежный, зарекомендовавший себя поставщик. Планы постепенно воплощаются в жизнь: будущая коллекция вот-вот начнет формироваться. Встает вопрос — где хранить сокровище, ведь условия содержания вина являются не менее жесткими и требуют не меньших затрат, нежели условия его производства. Вино — капризный актив. На его качество влияют условия розлива, хранения и транспортировки. Строгое соблюдение температурного режима (10-150С) и поддержание уровня влажности 70% — отнюдь не единственные задачи, встающие перед инвестором и коллекционером. Вино может меняться под действием слишком яркого света, например на прилавках супермаркетов, или от неправильного положения бутылки. Строительство винного погреба будет стоить от 10 до 250 тыс. долл. Покупка специального шкафа обойдется в 2,5-5 тыс. долл. (все эти услуги перечислены в прайс-листах компаний-импортеров). Плата за хранение вина на складе у негоцианта, например Farr Vintners, также достаточно велика (включая страховку). Аренда аналогичного помещения в США составляет около 10 долл. за ящик вина в месяц, однако его перевозка обойдется в кругленькую сумму, поскольку вино — достаточно громоздкий и чувствительный к повреждениям товар.
Ввоз коллекции в Россию экономически невыгоден. Начиная с НДС за изъятие вина со склада негоцианта инвестору придется заплатить ряд таможенных сборов и пошлин. Кроме того, при покупке вина через негоцианта инвестор заплатит значительные комиссионные — от 15 до 35%. В итоге коллекция, ввезенная в Россию, будет стоить вдвое дороже той, что осталась бы в Англии или США. И содержание вина в отечественных условиях, и продажа коллекции в России без специальной лицензии весьма проблематичны. Законодательная база под проведение винных аукционов у нас отсутствует. Куда больше зарубежных покупателей можно приобрести, оставляя вина за границей или просто выставив их на аукционах к сроку продажи. Если вина находятся «на совести» компании, вопросов с их ликвидностью не возникает. Крупные расходы, связанные с перевозками, хранением и реализацией вин, послужили причиной того, что винный рынок представлен преимущественно негоциантами и экспортерами, т. е. теми, кто может позволить себе рискованные предприятия по покупке фьючерсов еще на стадии созревания и сбора урожая, так называемого sur souches, или на ранней стадии производства вина — en premieur.
Сформированная коллекция требует своевременного контроля — продажи «созревших» вин, которые подошли к пику своей стоимости, приобретения молодых и перспективных.

Какое оно — лучшее вино?
Успех винных инвестиций во многом определяется правильным выбором самого вина и времени его покупки. Молодое вино элитных марок стоит гораздо дешевле, чем тот же самый напиток, достигший зрелости. Время «жизни» различных сортов вин зависит от вкусовых качеств винограда, характеристик зоны, где он вырос, и года сбора урожая. Долгий срок хранения вина является обязательным, но недостаточным условием для инвестирования. В помощь всем ценителям вин предлагаются специальные карты с оценками вин по регионам и годам выпуска. Удачный год сбора урожая — залог того, что вино будет обладать концентрированными вкусовыми качествами, для раскрытия которых потребуется более долгий период созревания, а за это время напиток хорошо вырастет в стоимости. В год расцвета вкуса вино можно будет продать по максимально высокой цене. Но, созрев, некоторые сорта продолжают храниться годами, не утрачивая своего вкуса и аромата. Так что при выборе объектов для инвестиций на данном рынке эксперты советуют обращать внимание на лучшие вина лучших лет. «Голубыми фишками» считаются вина из Бордо (Bordeaux), которые, достигнув зрелости, не стареют в течение двух-трех десятилетий. Марки великих бордоских вин поддерживаются известными виноделами и их семьями на протяжении веков — сегодня репутация этих напитков «работает» на них. При всех бесспорных преимуществах марок данной провинции стоимость некоторых из них может быть завышена. При покупке коллекционных бордоских вин последних лет эксперты советуют ориентироваться на 1995, 1996, 1998, 2001 и 2002 годы. Вина 1991, 1992, 1993 и 1994 годов, отличившихся ранним урожаем, прекрасно подходят для употребления, но не для инвестиций с долгосрочной перспективой. Общенациональная классификация французских вин предусматривает их деление на четыре категории. Наиболее престижной является AOC (Appellation d'Origine ContrЩlОe) — вина с наименованиями, контролируемыми по происхождению (см. табицу).
С 1935 г., согласно закону, большинство виноградников Франции были сгруппированы по специальным земельным участкам — аппеласьонам. К каждому из них предъявляются жесткие требования по выращиванию виноградных лоз и производству вина. Правила, введенные декретом Министерства сельского хозяйства, устанавливают границы участков, выращиваемые на их территориях сорта винограда и максимальный объем урожая исходя из принципа: чем ниже урожай, тем выше качество. Регламентированию подвергается также возраст виноградных лоз (не моложе четырех лет), содержание спирта, цвет и тип вина. Перед поступлением в продажу вина проходят обязательную дегустацию, подтверждающую их соответствие той или иной категории. Сегодня во Франции производят до 75 млн гектолитров вина. Площадь виноградников превышает 1 млн га.
Большой популярностью пользуются вина виноградников Медока (Medoc) и Сотерна (Sotern). В числе известных вин первого региона — Chateau Mouton-Rothschild, бутылочка которого (1982 г.) является заветной мечтой любого коллекционера, второго — Chateau d'Yquem. Виноградники Грава (Grave) и Сент-Эмильона (Saint-Emillion) были классифицированы лишь в середине прошлого века. Кроме общепризнанных бордоских вин наивысшей категории Grand Cru эксперты советуют обратить внимание на вина Медока второй категории, а также вина высшей категории из других районов.
Помимо широко известных замков Бордо, во Франции существует много маленьких виноградников, где вино производится в частных подвалах. Среди напитков, выработанных таким образом, известны
Le Pin, Le Dome и Valandraud. Однако инвестировать в эти вина не стоит, так как изменение их стоимости в долгосрочном периоде отследить достаточно сложно.
Цены на бургундские вина могут значительно колебаться. При всех рисках в удачный год они могут принести инвестору большую прибыль, чем вина из Бордо. Бургундские вина из долины реки Роны (Vall_e du Rone) заинтересовали коллекционеров и инвесторов лишь недавно, несмотря на отличное качество и относительно невысокие цены. Этому в немалой мере способствовала высокая оценка, которую они получили от экспертов. Лучшими производителями бургундских вин считаются Ramonet, Leroy и Fairelry.
Италия — второй крупнейший производитель и ведущий экспортер вина в мире. Итальянские вина вошли в коллекционную элиту лишь 20 лет назад, и сегодня их инвестиционная привлекательность стремительно растет. Высшая категория итальянских вин — DOC (Denominazione di Origine Controllata e Guarantita). Гарантированный контроль марок этой категории также основан на их происхождении. Для вин DOC предусмотрено обязательное наличие специальной ленточки малинового цвета на горлышке бутылки. Это и есть сертификат с буквенным обозначением категории. Итальянские вина в целом весьма популярны. Поэтому неудивительно, что их стоимость несколько завышена. «Вином столетия», например, называют тосканское вино 1997 г. Очень высоко ценятся также Ornellaia, Solaia, Gaia, Biondi-Santi, Sassicaia и Tignanello.
Не стоит забывать о винах Португалии, так называемых «винтажах», урожай для которых был собран в особенно удачные годы. Известно, что виноград для этих крепких вин выращивается на сланцевых землях, в условиях холодной зимы и жаркого лета, что наделяет портвейны очень высокой концентрацией ароматов. Из лучших вин последних десятилетий признание получили Quinta do Noval Nacional 1963 г., Taylor Fladgate 1948 г. и Fonseca 1977 г.
Испания — третья страна в мире по объемам производства вина. Высшей категорией испанских вин является DOC (Denominacion de Origen Calificada). Хотя Испания занимает первое место в мире по площадям виноградников, для инвестиций эксперты рекомендуют лишь немногие испанские вина — Vega Sicilia, Torres и Mas la Plana.
Если говорить о винах Нового Света, данных относительно колебаний цен на них пока весьма мало. Но некоторые элитные вина, подобно калифорнийским Screaming Eagle, Stag's Leap и Ridge, продемонстрировали способность хорошего роста цен с течением времени.

О самом главном обстоятельстве...
Похоже, об инвестиционной прибыльности винных коллекций можно говорить лишь в контексте самого главного внешнего фактора — времени. Не исключено, что эффективность вложения средств в винные коллекции превосходит другие виды инвестиций, в том числе акции. С 1990 по 2000 гг. индекс FTSE Al1-Share вырос на 151%, а стоимость марочного бордоского вина увеличилась на 169%. Бурный рост винных инвестиций начался в 1990-е гг., когда Sotheby's и Christie's стали проводить торги не только в Лондоне, но и в различных городах США. Динамика изменения цен на шесть ведущих марок бордоских вин: Cheval Blanc, Haut-Brion, Lafite-Rothschild, Latour, Margaux и Mouton-Rothschild лучших урожаев с 1959 по 1996 гг. — показывает, что лишь стоимость Lafite-Rothschild увеличивалась на 11% в год. Цена на Mouton-Rothschild вообще продемонстрировала среднегодовое снижение на 1,5%. Джим Бадд, известный журналист, публикующий статьи в ведущих специализированных «винных» изданиях, пишет, что ежегодный прирост стоимости винных коллекций весьма небольшой и не соответствует многочисленным заявлениям негоциантов об их способности приносить до 20-30% годовых. В ответ на это эксперты Farr Vintners вспоминают август 1997 г.: цена качественных бордоских вин, приобретенных в тот период, через пять лет подскочила вдвое. Ящик Chateau Margaux, проданный за 750 долл., сегодня стоит 12 тыс. долл. Цена Chateau Petrus подскочила с 3,5 до 30 тыс. долл. Интерес к винным коллекциям за последние 30 лет значительно вырос, что повлекло за собой их удорожание. Цены на элитные вина определяются как экономическими факторами, так и веяниями моды. Например, у российских инвесторов сейчас пользуются большим спросом вина Италии, Нового Света и Австралии. Превосходные тосканские вина урожая 1997 г., о которых упоминалось выше, появились в Москве несколько лет назад и были быстро раскуплены частными коллекционерами. Теперь стоимость этих вин вдвое превышает исходную. Большую роль играет также исторический фактор. 1945-й — год Победы, освобождения Франции и отличного урожая в Бордо. Вина могут иметь различные памятные даты, связанные, например, с вручением наград. Популярность одних марок связана с именем винодела, другие несут на себе отпечаток славы тех людей, кому принадлежали. Наибольшая сумма была уплачена за бутылку Chateau Lafite 1787 г. с начертанными инициалами Томаса Джефферсона на аукционе Christie's в 1985 г.
В феврале 2003 г. британская управляющая компания OWS Asset Management основала Фонд марочных вин. Минимальная сумма вложений инвесторов составляет от 120 тыс. долл. При покупке и продаже пая управляющая компания не делает ни скидок, ни надбавок. Существенный рост спроса на вина в ближайшее время прогнозируется в Китае и России, поэтому Фонд предлагает инвесторам этих стран существенные льготы. «Вино — фантастический актив при небольших рисках падения и колебаниях цен», — считают управляющие Фонда. По данным британского подразделения компании Zuric, французские вина высшего качества из Бордо и русская живопись XIX–XX вв. — основные альтернативные инструменты, к которым будут прибегать инвесторы в ближайшие годы.

«Везде нужна сноровка, закалка, тренировка»
Илья Защук, коммерческий директор негоциантского дома ProWine
Инвестиции в вино действительно могут принести неплохую прибыль, причем в России даже более высокую, чем в других странах.
Однако это всего лишь один из вариантов инвестиций, такой же, как вложение в антиквариат или акции. Вино может быть переоцененным или недооцененным. Но в отличие от акций, которые хранятся у инвестора виртуально, в данном случае речь идет о «живых» бутылках, поэтому очень важно, в каких условиях они хранятся. Купив вино на аукционе, например Sotheby's, вы получаете документ, подтверждающий качество напитка. И если спустя десять лет вы захотите там же его продать, то прежде чем вино включат в каталог торгов, необходимо будет доказать, что содержалось оно должным образом. В России я не знаю таких мест для хранения, которые официально признавались бы международными аукционами. А значит, придется приглашать эксперта, который будет оценивать ваш погреб. Не бесплатно, естественно.
Ввезти коллекцию в Россию сложно, а хранить должным образом еще сложнее. Действительно, можно, как пишет автор, хранить коллекцию на складе негоцианта, но это дорого. Хорошо, если у инвестора есть на Западе собственный дом. Один из наших клиентов хранит вино в погребе собственного дома в Англии. Правда, коллекцию он собирает для себя, не рассматривая ее в качестве инвестиции.
Можно, конечно, вкладывать в условные вина, например в тот самый Фонд марочных вин, который упомянут в статье. Но это просто инвестиции в паевой фонд — в этом случае не стоит рассчитывать на какие-то сверхприбыли.
Конечно, на международных аукционах можно видеть очень привлекательные с точки зрения российского рынка цены, но надо четко понимать, для чего приобретается вино, как привезти его в Россию, где хранить и что с ним делать дальше.
Если человек хочет собрать именно коллекцию, то нельзя покупать все марки подряд только потому, что они дорого стоят. Статус коллекции определяется наличием общей идеи. Кто-то собирает вина незаслуженно, на его взгляд, недооцененных урожаев, кто-то — напитки, произведенные в годы жизни великих людей. Вариантов много. Но, если просто покупать престижные марки, это будет винный супермаркет, а не коллекция.
Инвестиции в вино — это интересно, красиво и модно. Заработать в России на вине можно прежде всего за счет быстрого обогащения части нашего общества, которую легко убедить в том, что покупать этот напиток престижно. Умный инвестор или, скорее, удачливый продавец, имеющий хорошие связи в среде богатых людей, на волне модных веяний сможет получить до 100% прибыли. Некоторое время назад на Рублевке было принято строить винные погреба: их сооружали и заполняли модными марками вроде бордоских вин популярных и рейтинговых годов урожая (1982 г., к примеру). Но, чтобы пить такие вина, а тем более продавать их, нужна основательная подготовка. Без персонального консультанта, которому вы доверяете, в данном случае не обойтись. А это недешевое удовольствие.
На самом деле я не уверен, что отечественный покупатель по-настоящему готов вкладывать в вина. Россия никогда не была серьезным винопроизводителем, культуры потребления вина у нас нет, так же как и культуры инвестиций. Нет у нас и специалистов по винным инвестициям. Долгосрочный вклад предполагает не только знание того, что вино будет жить еще 20 лет. Кроме выдержки существует много других факторов, которые нельзя не учитывать, если вы хотите, чтобы инвестиции приносили прибыль.

Версия для печати