Библиотека управления

Мальцевы: хрусталь и паровозы

Чинарова Катерина Обозреватель журнала "Управление компанией"

Оглавление журнала

    Историю становления российской промышленности со времен Петра Великого можно отследить на примере династии Мальцевых, которые имели производство в столь разных отраслях: от сахарной до машиностроительной, от металлургической до хрустальной. Мальцевы были не только успешными предпринимателями, но и крупнейшими землевладельцами; именно они подарили миру городок Гусь Хрустальный и устроили "Америку" в самом сердце России. Формула успеха Мальцевых заключалась в умении чутко реагировать на перемены и, шагая в ногу с промышленным переворотом, вовремя входить в тот или иной сегмент. Большинство представителей известной фамилии обладали поразительным деловым чутьем и чувством экономической перспективы, умея находить высокорентабельные отрасли.

Мальцевы, да "Удальцевы"

В 1723 г. купец Василий Мальцев основал стекольно-хрустальный завод в селе Новом Можайского уезда Московской губернии. Так началось строительство мальцевской "империи" - со стекольного производства, которое, как показало будущее, оказалось весьма перспективным. В России XVIII-XIX вв. эта отрасль имела массу преимуществ. Во-первых, завод можно было размещать практически всюду, где был речной песок, и в этом смысле производство меньше зависело от сырья. Во-вторых, отрасль довольно долго находилась в привилегированном положении: в течение всей первой половины XIX в. импорт стекла в Россию был запрещен, затем еще долго действовали "драконовские" ввозные пошлины. Поэтому норма прибыли, доходившая до 50-60%, позволила Мальцевым быстро "подняться". До 1860 г. Мальцевы выпускали более половины совокупного объема стекольной продукции, а после 1860 г., когда рынок стал более конкурентным, занимали пятую долю рынка.

Сравнимую прибыль (50-60%) давало в то время только новое для России свекольно-сахарное производство. Толчок новой отрасли дала экономическая блокада Англии, главного поставщика тростникового сахара. Дефицит "сладкого" сырья вынудил искать пути его замены, и тут заводчики обратили внимание на сахарную свеклу. Иван Акимович Мальцев выстроил первый в России паровой сахарный завод в Любохне, а к 1857 г. среди активов династии было уже девять сахарных заводов, на которых вырабатывалось 27 950 пудов сахара в год. Впрочем, настоящий прорыв был связан с промышленным переворотом, на волне которого Мальцевы основали сначала машиностроительное, а затем и паровозостроительное производство.

Две тысячи квадратных верст

Успешный и многовековой предпринимательский опыт знаменитой династии содержит немало интересных примеров и уроков, однако наиболее ярким эпизодом, заслуживающим серьезного анализа, является деятельность Сергея Ивановича Мальцева, генерала и творца, рискнувшего на основе достижений легкой промышленности создать "с нуля" тяжелую индустрию, своими силами осуществить рывок в машиностроении. Ему удалось создать в рамках одного округа самобытное национальное производство, на которое многие предприниматели смотрели как на образец отечественных фабрично-заводских предприятий.

С детства Сергей Иванович, будучи по природе "генератором идей", вынашивал планы грандиозных прожектов, которые бы укрепили семейное дело. И вот в 1849 г., когда в чине генерал-майора Мальцев вышел в отставку, такой случай ему представился.

Начал он нестандартно. В крымском Симеизе на высоком холме воздвиг хрустальный дворец, который, по свидетельствам современников, высился над морем и напоминал громадный фонарь. Стоит ли говорить, что при взгляде на него каждый стремился узнать, кому принадлежит столь изящная постройка. Любопытствующих просвещали на сей счет, а "хрустальный" символ Мальцевых говорил сам за себя.

В 1853 г. Сергей Иванович становится крупнейшим землевладельцем и хозяином огромной территории, расположенной в самом центре России. Промышленник получает ни много ни мало 215 тыс. га для экспериментов и приложения творческой энергии.

Инспекция "владений своих" дает неутешительные результаты: плохие дороги снижают прибыльность производства, хрупкий хрусталь не любит ям и колдобин. Сергей Мальцев перебирает все варианты и... роет водохранилище, а затем приступает к строительству чугунки. Будучи незаурядным стратегом, он не только мыслит на десятки лет вперед, но уже и в своем времени "бежит впереди паровоза". В итоге главные предприятия были соединены шоссейными дорогами протяженностью 130 верст. Без инженерного образования Мальцеву удалось сконструировать внутри округа 290-верстную узкоколейку, по которой двигались 22 маленьких паровоза, тянувших 531 вагон. С тех пор этот тип дорог так и прозвали "мальцевским". Причем изначально ставка была сделана на самоокупаемость: возили не только свои грузы - брали подряды у других заказчиков, перевозили пассажиров. Машинистами служили местные крестьяне, а в качестве топлива использовали местный уголь.

Следующей задачей стала модернизация производства. На базе старого чугунного завода возникает новый, рельсопрокатный. До создания мальцевского производства основной объем рельсов поставлялся в Россию из-за рубежа. Уже в 1841 г. с Людиновского завода вышли первые русские рельсы для Николаевской железной дороги. На этой первой непростой реконструкции (установка доменных печей нового образца, строительство железопрокатной мастерской, открытие кирпичного, лесопильного, смолокуренного и канатного производства) отрабатывается успешная схема запуска проектов. Один из современников, К. Скальковский, так характеризовал С. И. Мальцева: "Он был в известной степени прогрессист, много читал, часто ездил за границу и привозил оттуда технические новости. Страстью его было устройство заводов и фабрик".

Вся сила этого увлечения воплощалась в мальцевском промышленном районе, который, по словам В. И. Немировича-Данченко, был "Америкой в России", оазисом среди бездорожья и бескормицы. "Тут работают более ста заводов и фабрик; на десятках образцовых ферм обрабатывается земля... Тут люди пробуравили землю и, как черви в орехе, копошатся в ней, вынося на свет Божий скрытые богатства; отсюда добрая часть нашего отечества снабжается стеклом, фаянсом, железом, сталью, паровозами, вагонами, рельсами, паркетами, всевозможными машинами, земледельческими орудиями... Здесь нет роскоши и излишеств, нет и нищеты, нет голодовок". Масштабы поражают воображение. Район раскинулся с севера на юг на 120 км, с запада на восток на 80 км. Хрустальная фабрика выпускала до 30 тыс. изделий в сутки (!), и они реализовывались на рынках Болгарии, Турции и Румынии. Дятьковский завод, очень выгодный, послужил ядром для всего мальцевского дела: на доходы от его производства покупались соседние земли, строились заводы и фабрики.

    Основной проблемой, с которой столкнулся Мальцев, оказались его собственные харизматичность и единовластие. Он построил империю, которая держалась благодаря его энергии, в отсутствие же таковой могла рассыпаться.

Мальцевский округ был фактически полностью автономен. В этой промышленной империи были свои вотчинные заводы и фабрики, снабжавшие район всем необходимым для жизни: строительными материалами, мебелью, напитками и т. д.; здесь действовали свои законы, на территории района располагались восемь больниц, две аптеки, первый частный телеграф. Гениальная идея создать свою инфраструктуру и систему связи довольно быстро была воплощена в жизнь, несмотря на запреты из Петербурга.

Мальцев заботился не только об обеспечении своих "граждан" всем необходимым (извне покупались те мануфактурные и колониальные товары, которые невозможно было произвести внутри), но и о реализации продуктов труда мини-государства. Для сбыта готовой продукции он учреждает торговые дома в разных городах: Риге, Минске, Петербурге, Москве, Одессе, Нижнем Новгороде, Херсоне и др. Социальная инфраструктура и "пакет услуг" для жителей района существенно опережали свое время. Так, в период процветания мальцевской империи расценки были доведены до максимума и превосходили среднюю норму в полтора раза, в то время как рабочий день составлял не более 10-12 часов по сравнению с традиционным, 14-16-часовым. На особо тяжелых производствах был установлен восьмичасовой рабочий день, и это нововведение почти на 25 лет опередило европейскую норму.

Для удобства Сергей Иванович строит рабочим каменные домики на три-четыре комнаты, выделяя место на участке под сад, выгон. В заводских центрах действуют школы на 100 учеников. Благодаря обилию учебных заведений население мальцевского "оазиса" поголовно грамотное! "В Дятькове невозможно встретить неграмотного мужчину". Кроме того, лояльным было и отношение к трудящимся на заводе. Как свидетельствуют документы, мальцевские рабочие ни разу не подверглись телесному наказанию, не были лишены работы за проступки. Отношение со стороны хозяина было мягкое и несколько отеческое. Как и на многих подобных производствах, сложился своеобразный патриархально-семейно-помещичий строй. "Живых" денег рабочие на руки не получали: талоны-"мальцевки" обеспечивали их всем необходимым.

Таким образом, "Мальцевская империя", возникшая на стыке трех губерний - Калужской, Орловской и Смоленской, - была, по сути, крупным и устойчивым комплексным производством. Все оборотные средства Мальцев вкладывал в дальнейшее развитие и даже в трудные времена продолжал скупать земли. "Если из дела берешь, то туда же и клади, всякое дело кормить надо", - уверял Мальцев. И эта политика позволила ему увеличить производство, унаследованное от отца, в четыре раза! Ему принадлежали шесть чугунно-литейных заводов, фабрика эмалированной и фаянсовой посуды в селе Лесное и крупное производство вагонов.

Однако, несмотря на новаторские идеи основателя, район не мог существовать в вакууме, так как, во-первых, это вызывало негативную реакцию властей, а во-вторых, экономическое развитие, несмотря на автономность региона, не могло не зависеть от общероссийской среды. В рамках своей империи Мальцев пошел на беспрецедентный шаг: ввел собственную денежную единицу - записки, которые быстро прозвали "мальцевскими". Всего было выпущено два с половиной миллиона рублей, ценностью от трех копеек до пяти рублей. За дерзость поплатился: в середине 1970-х гг. хождение денег было запрещено, свыше поступил приказ срочно выкупить оставшиеся "записки". Мальцев потерял 683 тыс. руб. Но это была не последняя потеря.

Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы. Ехал поезд запоздалый...

Несмотря на то что объемы производства многочисленных предприятий Мальцевых продолжали расти, представителям династии пришлось столкнуться с рядом серьезных проблем. Усиление конкуренции со стороны отечественных и иностранных игроков требовало быстрой реакции и серьезных вложений. А частные единоличные или семейные капиталы уже не могли удовлетворить необходимости в средствах в условиях технического перевооружения. Недостаток капиталовложений приобретал всеобщий характер, и мальцевские заводы тоже его испытывали.

Традиционным способом найти средства были государственные заказы, позволявшие надеяться на то, чтобы "отбить" деньги. Как и многие крупные промышленные производства "в реальном секторе", мальцевские заводы зависели от этих заказов, а патриотизм Сергея Ивановича в сочетании с врожденным авантюризмом кинули его в полымя железнодорожного грюндерства (массовое учредительство акционерных компаний). России потребовался подвижной состав, и правительство обратилось к заводчикам с призывом "дать стране", но не угля, а побольше паровозов и вагонов. Мальцев взялся за сложное дело, вложив в него порядка 2 млн руб. и рассчитывая покрыть огромные затраты за счет будущих заказов.

Контракт предусматривал использование только отечественных материалов. Стремясь его выполнить, промышленник рискнул открыть собственное производство рессорной стали, необходимой для паровозостроения. Выписал машины, построил новые мастерские, устроил печи Сименса, выписал опытных конструкторов и мастеров из Франции. Однако Мальцева "кинули" так же, как и Савву Мамонтова, другого известного промышленника. Смена правительства - и граф В. Бобринский решает: никакой нужды заказывать паровозы в России нет. Приговор ценою в 2 млн потерь оказался почти смертельным даже для такого мощного производства, как Мальцевское. Беда не приходит одна: банкротство Моршанско-Сызранской дороги лишает Мальцева еще полумиллиона рублей. В 1883 г. сокращается сбыт сельскохозяйственных машин (паровых молотилок) в южную часть России.

Из кризиса промышленный конгломерат выходил как мог. Основной проблемой, с которой столкнулся Мальцев, оказались его собственные харизматичность и единовластие. Он построил империю, которая держалась благодаря его энергии, в отсутствие же таковой могла рассыпаться. Предприниматель чувствовал это и судорожно искал выходы. Традиционный для нашего времени антикризисный ход - серия заказных публикаций "Америка в России" о мальцевском промышленном округе, написанная известным публицистом В. И. Немировичем-Данченко за 10 тыс. руб. Еще одна попытка спасти предприятия - реорганизация. В 1875 г. уже немолодой Мальцев учреждает промышленно-торговое товарищество на паях с капиталом в 6 млн руб., основными вкладчиками делая себя, сыновей и ближайших родственников (22 тыс. пая из 24 тыс.).

После смерти Сергея Ивановича в 1885 г. было учреждено казенное правление мальцевских заводов. Дело Мальцева было оценено в 15 млн 760 тыс. руб. (в то же время англичане предлагали купить весь мальцевский район за 30 млн руб.), долгов насчитали на 10 млн, однако за годы казенного правления долги выросли, и доходными оставались лишь стекольные заводы - основа основ мальцевского конгломерата. В 1894 г. на базе этих наиболее рентабельных предприятий было создано Акционерное общество Мальцовских заводов с общим капиталом 4 млн руб. Привлечение дополнительных инвестиций позволило восстановить баланс: производство сохранилось в 13 пунктах и на 15 заводах, где было занято порядка 25 тыс. человек, обновился ассортимент выпускаемых изделий (приборы центрального отопления), однако былой мощи мальцевским производствам достичь так и не удалось.

Династия Мальцевых, крупнейших российских заводчиков, - типичный пример того, насколько грандиозными были планы тогдашних предпринимателей, насколько широко размахивались они в своей деятельности. За несколько десятилетий им удалось создать свою "Америку в России", промышленный район, в котором каждый завод, каждое производство работали на общий результат - процветание региона.