Чем «грозит» России вступление в ВТО
Михаил БелузаПереговоры о вступлении России во Всемирную торговую организацию (ВТО) длятся уже девять лет. Вопрос о ВТО по своей экономической и политической сути очень многогранен, и в нем соприкасаются интересы различных влиятельных групп, многие из которых имеют противоположные цели.
Вступление в ВТО предполагает присоединение к Генеральному соглашению по тарифам и торговле (GAAT) и Генеральному соглашению по торговле услугами (GATS), которые обязывают каждого члена ВТО немедленно и безусловно предоставлять товарам, услугам и поставщикам любого другого члена ВТО режим, не менее благоприятный, чем тот, который предоставляется в соответствии с согласованными условиями.
Теоретически вступление в ВТО может оказать влияние на банковскую систему страны как непосредственно через изменение конкурентной среды в сфере осуществления банковских операций, так и через общеэкономические факторы. Однако при детальном пофакторном анализе опыта и возможностей деятельности в России иностранных банков можно прийти к выводу, что снятие ограничений не приведет к существенной активизации их работы и серьезной конкуренции с отечественными банками. Те иностранные банки, которые хотели работать на нашем рынке, уже давно работают, открыв отделения или участвуя в инвестиционных проектах.
Ограничений на открытие в России иностранных банков и в настоящее время, по сути дела, нет, поскольку имеющийся полуофициальный норматив на участие иностранцев в совокупном капитале российского банковского сектора выработан только наполовину. Другой вопрос, что не так много сфер, в которых им было бы выгодно работать. Эти банки занимаются в основном обслуживанием западных клиентов и ограниченными инвестиционными проектами. В борьбе за деньги населения они неконкурентоспособны, поскольку не могут предложить высокие ставки, а по гарантиям сохранности средств в российских условиях уступают крупным российским банкам. Вступление в ВТО не даст иностранным банкам и каких-либо преимуществ в борьбе за деньги организаций, если российским юридическим лицам не будет разрешено свободно приобретать иностранную валюту для временного хранения средств. Поэтому в краткосрочной перспективе сам факт вступления России в ВТО не может существенно изменить расстановку сил в банковской системе.
Что касается доходов банковского сектора при вступлении страны в ВТО, то они могут существенно возрасти. Увеличение товарооборота приведет к росту количества проводимых через банки платежей, и они смогут получить дополнительные доходы от обслуживания экспортных и импортных контрактов, кредитования внешнеторговых операций, проведения конверсионных операций. Кроме того, банки смогут расширить ассортимент услуг, модернизировать до международного уровня техническую базу.
Однако банковскую систему нельзя рассматривать в отрыве от реального сектора экономики. Процветание банков возможно только в условиях успешной работы обслуживаемых ими организаций, и при изменении места на рынке этих организаций соответствующим образом изменяется и банковская система. В случае если ключевую роль на российском рынке начнут играть иностранные компании, это неминуемо приведет к возрастанию роли иностранных банков. Поэтому при решении вопроса по ВТО необходимо в первую очередь учитывать интересы реального сектора экономики.
Глобализация мировой экономики, несомненно, является позитивным процессом, поскольку теоретически позволяет наиболее полно и эффективно использовать производственный, географический и трудовой потенциал отдельных стран для ускорения общего развития. Однако от глобализации, как правило, выигрывают только те страны которые либо имеют международную специализацию, либо могут предложить на внешнем рынке товаров (работ, услуг) больше, чем покупают на нем.
Например, легко объяснимо стремление Китая вступить в ВТО. При небольших внутренних ценах эта страна имеет огромный ВВП, стабильно увеличивающийся на 6% в год, т. е. в два раза быстрее среднемировых показателей. При снятии торговых барьеров дешевые китайские товары еще больше заполонят рынки других стран, тогда как импортная продукция на его территории в любом случае окажется неконкурентоспособной по ценовым параметрам.
Ситуацию в российской экономике в настоящее время можно охарактеризовать двумя факторами: недостаток конкурентоспособной отечественной продукции при наличии значительных валютных средств от экспорта сырья. Развитые страны хотят видеть в России стабильного поставщика минерального сырья, который на вырученные средства приобретал бы излишки их продукции. России же как стране, претендующей на роль сверхдержавы, необходимо развивать производство готовой продукции, для чего просто необходимы некоторые протекционистские меры для отечественных производителей. Пока российские компании не испытывают сильной конкуренции на внутреннем рынке и не сталкиваются с серьезными торговыми ограничениями на внешнем рынке. Это дает им возможность нормально развиваться.
Необходимо учесть, что в случае дальнейшей либерализации внешней торговли валютная система страны окажется менее подконтрольной Центральному банку. При этом в условиях рынка, открытого для иностранных производителей, для защиты отечественных предприятий необходимо проводить политику слабого рубля. Само по себе это будет несложно, учитывая, что в нашей ситуации спрос на валюту под импортные контракты вырастет в большей степени, чем ее предложение от экспорта. Однако Банку России и Минфину окажется сложнее пополнять золотовалютные резервы страны и обслуживать внешний долг, а инфляция может выйти из-под контроля и подо-рвать развитие производства. С этой точки зрения для России вступать в ВТО выгодно не ранее 2005 г. при условии успешного прохождения пика платежей по внешнему долгу, стабильного роста ВВП на уровне не менее 4% в год и сохранения золотовалютных резервов.
До конца 2001 г. правительство обязуется перед ВТО принять десять нормативных актов, регулирующих внешнюю торговлю и оборот товаров. Это закон о специальных защитных антидемпинговых и компенсационных мерах, закон о лицензировании экспорта-импорта, закон о госпомощи, закон о валютном регулировании, Таможенный кодекс, глава НК о таможенной пошлине, закон о стандартизации и подтверждении соответствия, изменения и дополнения в закон о госрегулировании внешнеторговой деятельности, закон о сборах за выдачу лицензий и прав на производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, закон о внесении изменений и дополнений в федеральный закон о госрегулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции.
Правительство урежет подзаконные акты
Министр экономического развития и торговли Герман Греф пояснил «Ведомостям», что директивы российской делегации относятся к категории государственных документов повышенной конфиденциальности. Поэтому они не подлежат комментированию и огласке. «На основе директив ведутся переговоры России с рабочей группой ВТО и с каждой из стран, входящих в эту организацию», – сказал он. Результаты переговоров стекаются в секретариат ВТО. Здесь потом формируются общие требования к кандидату на вступление. По словам министра, если заранее обнародовать цифровые параметры российской позиции по отдельным группам товаров и услуг, это ослабит возможности маневра российской делегации в Женеве и даст преимущества ее партнерам на переговорах.
Что касается появившихся в прессе количественных значений импортных пошлин на автомобили, лекарства, первичный алюминий, сельхозпродукты, якобы утвержденных правительством в пятницу, то Греф отнес их к разряду домыслов и сказал, что «нельзя запретить [журналистам] строить догадки».
А вице-премьер Алексей Кудрин сказал: «В пятницу ставки импортных пошлин вообще не обсуждались. Вырабатывался сам механизм ведения переговоров и переговорная позиция». По его словам, прозвучавшие в печати цифры формировались правительством полгода назад как база для работавшей в Женеве российской делегации. По поводу продолжительности льготного периода Кудрин сказал, что окончательная позиция еще вырабатывается, и заметил, что для различных групп товаров и услуг льготные периоды должны быть разными. Некоторое время назад премьер Михаил Касьянов очертил этот диапазон в 5–8 лет.
Одновременно с директивами в Белом доме утвердили график проведения срочных законодательных мер, необходимых для присоединения к ВТО. Попутно решили провести и ревизию всех внутриведомственных актов, противоречащих международным нормам и досаждающих участникам внешней торговли.
Несоответствие российского законодательства стандартам Всемирной торговой организации стало камнем преткновения на переговорах во время последнего заседания рабочей группы по вступлению в ВТО в июне. Участники рабочей группы наотрез отказались начать подготовку протокола о присоединении России до тех пор, пока законодательные пробелы и противоречия не будут исправлены. Российской стороне даже предложили заверять на заседаниях женевской рабочей группы готовящиеся законопроекты. Российское правительство отвергло эту затею как беспрецедентную. Но взамен решило показать ВТО общий план законодательной работы до конца года. От перечня законов для ВТО, который и ранее содержался, например, в среднесрочной программе правительства, нынешний график отличается тем, что в нем сосредоточены именно те проекты, на которых в первую очередь партнеры по переговорам.
Эти проекты должны быть внесены в правительство до октября. Они уже написаны и проходят финальный этап согласования. Исключение составляет лишь закон о валютном регулировании, над проектом которого Минфин и Мин-экономразвития только начали работать.
Чиновникам предстоит также проанализировать значительный кусок правоприменительной практики. На этом также настаивает ВТО, требуя от России не только наличия законов, соответствующих нормам организации, но и доказательств их исполнения – имея в виду многочисленные искажения законов подзаконными актами, изданными федеральными ведомствами. Поэтому на заседании правительства было также принято решение провести ревизию всех нормативных актов министерств и отменить те из них, которые не соответствуют нормам ВТО.
Как рассказал главный российский переговорщик по вступлению в ВТО замминистра экономического развития и торговли Максим Медведков, уже проведено совещание с федеральными министерствами, где распределили обязанности по этой работе. Главные претенденты на ревизию всем очевидны. Это отвечающий за таможенное регулирование ГТК, а также самые активные нормотворцы в сертификации и стандартизации – Госстандарт и Минздрав.
Наступление правительства на ведомственное нормотворчество будет затруднено тем, что создающие новые правила госорганы, похоже, не способны дать ни себе, ни другим отчет в том, сколько они уже насочиняли. Так, например, старший сотрудник профильного отдела Госстандарта не смог ответить, какое количество инструкций выпустило его ведомство в отношении сертификации продукции – даже примерно.
Агрессивная поддержка обеспечена
«Минутку, господа! – удерживал разбегающихся с одного из «круглых столов» по проблемам вступления России в ВТО российских чиновников и бизнесменов министр торговли Швеции Лейф Пагротски. – Почему мы говорим только о скучном: тарифах, сроках, барьерах? Россия сто лет была исключена из мирового торгового сообщества. Мы соскучились, ждем с нетерпением вашего возвращения».
Забавно, но шведский министр (до 1 июля Швеция председательствовала в ЕС, главном торговом партнере России) не шутил. То же самое он повторил Михаилу Касьянову, когда тот в конце апреля прилетал в Стокгольм. Правда, господин Пагротски, несмотря на славу жесткого руководителя, не чужд сентиментальности. Его предки – выходцы из той части Польши, которая входила в состав Российской империи, и поэтому он слывет в Швеции русофилом.
Однако и гендиректор ВТО Майк Мур также не раз подчеркивал: «Все сигналы указывают, что процесс должен быть ускорен в ближайшие месяцы». Не прочь побыстрее увидеть нас членом ВТО и лидеры США, Австралии и Японии. Во всяком случае, на саммите в Любляне 16 июня Джордж Буш обещал Владимиру Путину ускорить вступление России в ВТО. Однако Россия уже восемь лет вступает туда, куда ее так усиленно приглашают, а до финиша все еще далеко. Михаил Касьянов столь долгий путь объясняет просто: «На высшем политическом уровне нам обещают ускорить вступление в ВТО, а вот чиновники выдвигают необоснованные претензии». Российский премьер даже попросил представителей европейского бизнеса, с которыми он встречался 3 июля в Зальцбурге на «летнем Давосе», повлиять в нужном духе на чиновников. Бизнесмены, надо сказать, никак на этот призыв не отреагировали.
На западных чиновников жаловался не только российский премьер, но и его зам, ответственный за вступление в ВТО, Алексей Кудрин – на последней встрече министров финансов «большой семерки» и России в Риме. Коллеги вошли в положение господина Кудрина. На прошлой неделе в Москву приехали министры финансов и торговли США – соответственно Пол О’Нил и Дональд Эванс. Они не стали нарушать традиции и обещали «агрессивную поддержку» принятию России в ВТО.
В общем, все было бы хорошо, если бы вхождение в ВТО не было оговорено непременным выполнением ряда условий. Они не так уж сложны, но в Москве их считают вмешательством во внутренние дела и просто дискриминацией. Например, на июньском заседании рабочей группы по вступлению России в ВТО представитель Австралии, поддержанный американцами, предложил российской делегации не мучиться с новыми законопроектами, отвечающими стандартам ВТО, в области регулирования внешних экономических связей в одиночку, а рассматривать их вместе с будущими коллегами по Всемирной торговой организации.
Помощник торгового представителя США Дороти Двоскин по этому поводу заметила: «Предварительный контроль российских законопроектов вполне правомочен. Единственная власть, имеющая право интерпретации законов, – это совокупность членов ВТО. А что касается нынешнего российского торгового режима, то он не соответствует правилам ВТО, хотя общий прогресс есть». Естественно, российский представитель Максим Медведков, заместитель Германа Грефа, с негодованием отверг менторские услуги западных партнеров.
Впрочем, все это не более чем дымовая завеса. Нетрудно предположить, что такого рода заявлений с обеих сторон будет еще немало, несмотря на всякого рода «прорывы» в переговорах по тарифным и прочим вопросам. Пол О’Нил перед вылетом в Москву из Лондона, где он сделал небольшую остановку, так оценил свой опыт общения с русскими чиновниками, накопленный за время, когда он был главой алюминиевой корпорации Alcoa: «Без взяток в России больших дел не сделаешь». Большого открытия этим признанием он не сделал. Кто же не знает, что российский чиновник кормится исключительно за счет подношений?
Важно другое – американский политик вслух сказал то, о чем его западные коллеги не раз говорили российским переговорщикам в кулуарах: ни в одной приличной международной организации не хотят иметь дело со страной, где все решается только после взятки. Причем российская таможня, по мнению западных экспертов, самая коррумпированная часть российской бюрократии. Не случайно, по данным уже российского Министерства экономического развития и торговли, ни один 600-й Mercedes (если он, конечно, не возит официальное лицо) не растаможен по всем правилам. В этих условиях любые новые законы, даже полностью соответствующие стандартам ВТО, ничего в принципе не изменят. «Скорее русские за взятку выйдут из черного списка FATF (организации по борьбе с отмыванием грязных денег), – настаивает один из западных переговорщиков, – чем ликвидируют коррупцию на своей таможне».
Новости [an error occurred while processing this directive]
