ХОТЯТ ЛИ российские предприятия В2В или хотя бы начать использовать информационные технологии
По-настоящему ни один В2В-рынок еще не функционирует. Необходимые технологические стандарты для обеспечения связи между поставщиками и потребителями все еще находятся в разработке, в то время как многие продавцы ПО разрабатывают все новые собственные версии этих стандартов. Остаются и другие технические проблемы. Плюс к этому, должны быть созданы платежные системы, обеспечивающие своевременное и безопасное поступление средств; системы логистики должны гарантировать, что заказанная продукция поступит в нужное место в нужное время; вся информация должна быть доступна пользователям в режиме реального времени. Самое главное, рынок должен делать все необходимое для привлечения и удержания нужного количества продавцов и покупателей, чтобы выжить.
Пять факторов успеха B2B
Очень похоже, что некоторые рынки, построенные с большими затратами, прогорят. Пять факторов повлияют на результат первой же встряски.
1. Высокая степень ликвидности. Как и на любом рынке, наиболее успешными станут наиболее ликвидные рынки В2В. Чем больше покупателей на рынке, тем больше поставщиков захотят участвовать в операциях, что во многих случаях снизит добавленную стоимость. Более того, успешные рынки будут стремиться обеспечить как можно больший объем покупаемой в он-лайне продукции за как можно более короткие сроки.
2. Правильные владельцы. Компании, обеспечивающие ликвидность рынка, логически являются его учредителями и, таким образом, обладают наилучшими возможностями сохранения его преимуществ в виде низких цен на товары и услуги. Большинство промышленных рынков, как, например, в автомобильной и нефтяной отраслях, будет построено вокруг покупательских пулов. Но покупателей не всегда можно контролировать.
Продавец, имеющий широкий круг покупателей, также может стать совладельцем рынка. На функционально построенных рынках, где покупающая и продающая сторона более разобщены, действительным владельцем может быть электронная посредническая компания, ведущая операции от имени как покупателей, так и продавцов.
3. Правильное управление. Для работы рынков – особенно тех, на которых действует много покупателей, – правильное управление необходимо для обеспечения уверенности в том, что покупатели согласны с условиями участия и будут поддерживать ликвидность рынка. Если поставщики заметят, что покупатели электронного рынка не могут договориться по таким вопросам, как общие стандарты или ограничение количества поставщиков, они вскоре объединятся между собой и начнут проводить сделки вне рынка, принося прибыль сторонним компаниям.
Правильное управление – это способ избежать конфликта между разными покупателями. Лучше всего назначить команду менеджеров, лояльных интересам рынка и не зависящих от покупателей, но уполномоченных ими на заключение контрактов с поставщиками.
4. Открытость. Для обеспечения большей эффективности рынок должен привлекать как можно больше покупателей и продавцов, что означает функционирование по открытым стандартам. Большинство устроителей рынков готовы использовать открытые технологические стандарты, но соглашения по ним еще не достигнуты. Когда появятся такие стандарты, сказать трудно, но в настоящее время новые электронные компании разрабатывают эквиваленты совмещающих программ для обеспечения открытого взаимодействия как между продавцами и покупателями, так и между рынками.
5. Полнота спектра услуг. Многие рынки организуются с прицелом на ценовую эффективность. Но простое поддерживание низких цен не обеспечит процветания в долгосрочной перспективе. Компании, уже использующие продажи как источник конкурентных преимуществ, хотят снизить общие затраты на владение, то есть не только стоимость самих поставок, но и связанные с поставками издержки, такие как излишки оборудования, порча продукции и затраты на срочные заказы. Многие организаторы рынков в связи с этим думают об обеспечении услуг, связанных с цепочкой поставок, например логистики исполнения заказа, управления отношениями с клиентами и отслеживания исполнения обязательств поставщиками.
Именно в этом случае получается механизм, позволяющий компаниям создавать существенную добавленную стоимость, – механизм, эффективный для экономики в целом. И именно в этом случае промышленность готова делиться с новой экономикой очень крупными суммами.
Определение потенциальных точек пересечения новой и старой экономики, тех отраслей или групп российских промышленных предприятий, эволюция которых потребует в ближайшее время такого тонкого механизма повышения эффективности, как электронный бизнес, – такое исследование недавно завершило рейтинговое агентство «Эксперт РА»
(рис. 1 и
рис. 2).
Для электронного бизнеса нужны электронные предприятия
Электронный бизнес придуман для удовлетворения потребностей определенного типа предприятий в определенной экономической и инфраструктурной среде. Российская действительность на эту среду, к сожалению, пока не очень похожа. Прежде всего для электронного бизнеса нужны электронные предприятия.
Единственное, чем в этом плане могут похвастаться российские предприятия, – высоким уровнем «проникновения» Интернета. По данным «Эксперт РА», к Сети подключено 89% крупнейших промышленных компаний, лишь 4% обследованных «Эксперт РА» предприятий не имеют локальных сетей. С автоматизацией сложнее
(рис. 3).
В последнее десятилетие у российских компаний были совсем другие проблемы. Судя по тому, что все опрошенные менеджеры считают, что время полноценных ERP-систем у нас еще не пришло, не все эти проблемы решены. Никто из промышленников просто не верит, что хоть где-то в России полностью установлены системы мирового класса. Комплексная система класса ERP – очень дорогой продукт, его могут позволить себе лишь финансово благополучные промышленные предприятия. Но и их руководители настроены довольно скептически. «Улучшение системы управления, информационная обеспеченность руководителей для нас – одно из важнейших направлений. Существуют большие западные интегрированные системы, которые применяются на зарубежных предприятиях, но не в России. Ни одна из подобных систем в России в полном объеме не инсталлирована, ни R/3, ни Oracle», – убеждены в РАО «Норильский никель». Высокая стоимость систем не главное препятствие. «Приобретение лицензии на любую из систем не будет непосильной задачей, но мы сомневаемся, что внедрение ее будет эффективно в силу низкой формализованности бизнес-процессов», – считают в ОАО «Объединенные машиностроительные заводы» (ОМЗ). По-тратить миллионы долларов на внедрение суперсистемы и потом отказаться от нее, как случалось на некоторых предприятиях, желающих нет. Предпочтение отдается менее «тяжеловесным» отечественным продуктам или собственным разработкам. «У нас все автоматизировано, хотя наша система далека от совершенства. Но мы намеренно отказались от западных продуктов, потому что не нашли ни одного предприятия, где бы они успешно работали. Мы пользуемся услугами собственных разработчиков», – рассказывают в ОАО «Ярославский шинный завод» (директор Н. Тонков).
Однако частичная автоматизация бизнес-процессов, проведенная на большей части крупных российских предприятий, порождает проблему координации процессов между собой. «Мы столкнулись с тем, что не получилось создать единое информационное поле внутри предприятия. Каждая служба занимается своими проблемами: снабжение – своими, сбыт – своими, производство – своими. Многие лучшие менеджеры превратились в клерков, пишущих справки и заполняющих отчеты», – сетует начальник отдела маркетинга ОАО «Лакокраска» Игорь Романов.
Бизнес-среда в России только-только формируется
И все же, смеем заверить, недостаточный уровень автоматизации далеко не основное препятствие на пути развития электронного бизнеса в России. Главное – среда и недоверие друг к другу.
Электронный бизнес интересен тем предприятиям, которым важна возможность выбирать поставщиков или расширять круг покупателей своей продукции и у которых она есть. А в России поиск нового контрагента зачастую просто невозможен в силу монополизации производства, сложившейся исторически.
Переключение на работу с новым партнером нечасто случается и в тех случаях, когда потенциальных контрагентов у предприятия несколько. В атмосфере взаимного недоверия, зачетов и бартера, столь свойственной российской экономике, бросать пусть и не очень выгодного, но проверенного партнера просто страшно – обжечься можно. Конечно, руководители предприятий стараются найти наиболее выгодных поставщиков и оптимизировать издержки, но им приходится быть осторожными. Сколь же высока должна быть эффективность электронной коммерции, чтобы перевесить эту осторожность!
«На Западе, если предприятию сто лет, такую же историю имеет и поставщик сырья, они долгие годы вместе, знают тонкости производства друг друга. А нам часто приходится иметь дело с компаниями, которые появились полгода назад и через несколько месяцев уже будут заниматься совсем другим бизнесом», – говорит Николай Тонков.
Торговые площадки создают в альянсе
Если говорить об электронном бизнесе в относительно конкурентных условиях, то надо осознавать, что большей эффективности можно достичь, если строить работу на базе электронной торговой площадки, а не непосредственно между предприятиями, что происходит чаще. Электронные торговые площадки по сути – биржи. Но поскольку биржевой механизм в России не развит, то и в Интернете вряд ли все пойдет гладко. Создание биржи или закупочной площадки как минимум требует совместных усилий конкурентов. В большинстве отраслей даже это пока невозможно, что определяет скептическое отношение к электронному бизнесу у руководителей многих предприятий. «У меня нет, конечно, неприязни к нашему основному конкуренту – «Нижнекамскшине». Но в силу разности менталитета совместная работа у нас никогда не получается, – рассказывает Николай Тонков. – Впрочем, если благодаря информационным технологиям мы сумеем договориться о чем-то и информационные технологии позволят нам эти договоренности сохранять, почему бы и нет? Мы только за. Но компьютером все-таки управляет человек».
Обнадеживает, впрочем, что в некоторых отраслях – в трубной промышленности, в машиностроении – предприятия уже готовы работать друг с другом. Есть позитивные примеры и в химической отрасли. «Ярославские краски» – торговое объединение, в котором два предприятия, практически конкуренты, работают вместе. Теперь у нас централизованный склад, централизованное управление, централизованно финансируется реклама. Конечно, проблем возникает очень много, но это неизбежно», – рассказывает Игорь Романов.
«Мы активно ведем переговоры с Синарским трубным заводом, производящим не пересекающуюся с нами номенклатуру. Вдвоем с ними мы можем комплектовать скважины практически полностью, предложить нефтяникам комплексный продукт, более привлекательный, чем существующая сегодня система комплектования скважин», – говорит Дмитрий Пальцев, председатель совета директоров Северского трубного завода (СТЗ).
Но на пути создания торговых площадок есть еще одно препятствие «биржевого» свойства: торговать необходимо стандартизованной продукцией. В случае, если продукция достаточно стандартизована, а рынок высоко конкурентен, проблем не возникает, так, например, в России уже успешно действует электронная площадка ematrix для торговли компьютерной техникой. Но ни к торговле сложной нестандартной продукцией, ни к закупкам ее через Интернет российская промышленность не готова. Даже спецификация оборудования и перевод этих данных в электронную форму представляют собой большую сложность, требуют значительных инвестиций, что предприятия пока считают не вполне целесообразным. В то же время предприниматели оптимистично оценивают возможности электронных торговых площадок для закупок стандартизованной непрофильной продукции. «Эффективным на первом этапе электронный бизнес будет только в отношении очень стандартизованных товаров, а они занимают сравнительно небольшую долю в наших закупках. Хотя, если говорить о спецодежде, стройматериалах, компьютерной технике и программных продуктах, рынок уже абсолютно готов к этим закупкам», – считает Сергей Николаев, начальник управления финансового анализа ОМЗ. «Даже если говорить не обо всем материально-техническом снабжении, а о тех комплектующих, которые мы используем из года в год на постоянной основе, то и здесь спецификация достаточно сложна, хотя мы и ведем работу в этом направлении. Но у нас на предприятии работают больше ста тысяч человек, питание для нас – важный элемент снабжения. И буквально в этом году мы получили положительный опыт проведения электронного тендера на поставку продуктов питания. Уже в следующем году мы планируем поставки питания полностью перевести на систему электронных тендеров: спецификация продуктов питания для нашего внутреннего потребления достаточно проста, это не составит большого труда», – говорит Дмитрий Зеленин из «Норильского никеля».
Начинают крупные компании и финансовоемкие отрасли
Высокая степень стандартизации продуктов свойственна сырьевым секторам. Кроме того, именно в этих секторах сконцентрированы основные финансовые потоки в российской экономике, что, согласно мировому опыту, также должно способствовать созданию В2В-проектов. Но в то же время наиболее доходные отрасли, такие как ТЭК, цветная и черная металлургия, – лидеры и по концентрации производства, и по степени его монополизации, поэтому вряд ли стоит ждать появления в этих секторах в России открытых электронных площадок. Скорее всего, компании этих отраслей будут активно участвовать в западных площадках. Так, ОАО «Северсталь» уже участвует в международном проекте GSX, РАО «Норильский никель» планирует участвовать в проекте Nickelmarket.com. Кроме того, для российских холдингов или западных компаний, скорее всего, будут актуальны внутренние системы, оптимизирующие отношения между предприятиями группы. «Мы планируем реализовывать В2В внутри компании, потому что внешнее В2В у нас в России я пока что не видел. На Западе в больших В2В-проектах создается совместная клиентская база, чтобы уменьшать конкуренцию и вырабатывать ценовую политику. Наша компания – сама по себе такое объединение. Пять заводов, девять дистрибуторских центров, сеть аптек. В мире не много компаний с подобной структурой, нам сложно с кем-то объединяться. У нас острее стоит вопрос объединиться внутри, создать единое информационное пространство», – рассказывает IT-менеджер компании ICN Сергей Пегасов. Стоит отметить, что объединяться с другими фармацевтическими предприятиями ICN было бы затруднительно и по инфраструктурным причинам: слишком велик разрыв между российскими заводами и западной компанией в области информационных технологий. Такая же ситуация на рынке строительных материалов, где есть несколько развитых западных компаний и бесчисленное количество неэффективных предприятий, до сих пор находящихся в госсобственности.
«Эксперт РА» отсеял те отрасли, где по рыночным, инфраструктурным или другим причинам запуск В2В-проектов маловероятен. Проанализировав ситуацию в оставшихся, агентство пришло к выводу: в России электронный бизнес имеет шанс развиться в тех отраслях, где относительно развита конкуренция, концентрируются большие финансовые потоки и высока степень стандартизации продукции.
Очевидным победителем по всем этим номинациям оказалась металлургия
(рис. 4). Тому много причин: в отрасли очень жесткая конкуренция при растущем рынке и сильна фрагментированность рынка. Но вместе с тем относительно высок уровень информационных технологий и, что немаловажно, как правило, молодой гибкий менеджмент. И, надо сказать, эта отрасль уже сейчас наиболее активна в Интернет-бизнесе, а площадка emetex, создание которой было инициировано Фондом развития трубной промышленности, объединяющим большинство заводов отрасли, отличается продуманным механизмом заключения сделок. «Мы видим потенциал электронного бизнеса. Он позволяет гораздо более оперативно и эффективно следить за потребностями рынка. Плюс – снижение издержек и увеличение экспорта сварной трубы. Интернет-проект emetex – инициатива всех заводов, я не покривлю душой, если скажу, что сегодня все трубники готовы к более прозрачной конкуренции. Прозрачный рынок даст возможность заводу формировать свою стратегию, производственный план на долговременную перспективу.
Принимая решение, предприятия были готовы пойти на временные потери, связанные с возможным снижением цен, зато в будущем это даст возможность контролировать рынки сбыта», – говорит председатель совета директоров СТЗ Дмитрий Пальцев.
Относительно высокий потенциал фармацевтической отрасли объясняется активностью крупных дистрибуторских сетей, для которых электронный бизнес может создать удобную среду существования, тем более что фармацевтическая продукция легко стандартизуема. Определенная практика использования электронных сетей в фармацевтике уже есть.
Машиностроение получило высокую оценку в силу своего консолидирующего характера. Действительно, это центр притяжения промышленности: очень широк круг потребителей и так же широк круг поставщиков. Машиностроение также показывает очень сильную динамику роста, и у ведущих отраслевых игроков сконцентрированы значительные финансовые потоки. Предприятия этой отрасли планируют использовать электронные площадки в основном для закупок, а не для продаж: продукцию отрасли, как правило, трудно специфицировать.
И все же стоит признать: большинство лидеров отечественной промышленности пока относятся к возможностям электронного бизнеса с очень большой долей скепсиса. Куда более характерным остается чисто познавательный интерес к Интернету: «Средством ведения бизнеса Интернет быть не может – для ЛОМО, во всяком случае, – говорит Александр Аронов. – Он для нас это скорее некая научно-техническая библиотека, а точнее – тот ее вариант, который сохранился в условиях разрухи».
[an error occurred while processing this directive]
