Библиотека управления

«Космические высоты» глобальной экономики

Алексеев Н.С.

Оглавление журнала


Авиация и космонавтика долгое время были символом международного могущества СССР, гарантом безопасности и эталоном в области научно–технического прогресса. Однако падение основ советской государственности, ранее казавшихся незыблемыми, кардинальным образом изменило состояние аэрокосмической промышленности (АКП). Товарооборот отрасли за десять лет с 1989 по 1999 год снизился в космическом секторе почти в десять раз, в авиационном – в пять. Финансовая несостоятельность, отказ от новых разработок, физически и морально изношенное оборудование, невыплаты зарплат и потеря квалифицированных кадров для многих предприятий отрасли стали привычным явлением.

Причины произошедших изменений было бы неправильно сводить только к отрицательному влиянию рыночных реформ и снижению объемов государственного финансирования, которое за тот же период времени сократилось в несколько десятков раз. Названные факторы являются только частью более сложных глобальных процессов, разворачивающихся в мировой экономике на протяжении последних 10-15 лет. В том случае, если наша АКП не сможет адекватно отреагировать на эти изменения, надежды сделать ее высокие технологии одной из основных точек экономического роста останутся несбыточными.

В настоящее время Россия уже включилась в процесс мировой интеграции. В космическом секторе на сегодняшний день 84% доходов предприятий обеспечивается иностранными заказчиками (см. рис.1). Но если производственный потенциал российской АКП в восьмидесятые годы оценивался на уровне 50% от мирового, сейчас доля России на международных аэрокосмических рынках составляет только 2-3%. В то же время, доли рынка других ведущих аэрокосмических стран, без учета России, примерно соответствуют доле их современного производственного потенциала: США – около 50%, ЕС – 25%, Канада и Япония – по 5%.

Рисунок 1. Структура источников финансирования АКП РФ

Большая политика и глобальная экономика

Чтобы понять смысл происходящего и оценить современное состояние отрасли, необходимо вернуться в середину семидесятых годов, когда появились первые признаки грядущих перемен. В это время первые доклады Римского клуба показали близость границ индустриального роста мировой экономики, что было наглядно подтверждено последовавшими энергетическими кризисами. В недрах индустриального общества постепенно стала складываться новая экономика, развитие которой основывается на использовании научных знаний и эффективном управлении нововведениями. Ее развитие требует значительных инвестиций в создание новых технологий. Капитал для этих целей зарабатывается в зрелых традиционных секторах, формировавшихся на предыдущих этапах экономического роста.

В подобной ситуации страны, распределяющие значительную часть создаваемого ВВП на финансирование государственных расходов, сокращают объем ресурсов своего будущего экономического роста. А расходы на оборону и аэрокосмические программы, как известно, являются одними из основных бюджетных статей. Поэтому западные страны с развитой рыночной экономикой, задействованные в глобальном вооруженном противостоянии “холодной войны”, столкнулись с угрозой потери экономического лидерства. Наиболее актуальна эта проблема оказалась для США, несшими в НАТО основное бремя военных расходов.

Их основными конкурентами стали новые индустриальные страны, обеспечившие благодаря выбранным стратегиям догоняющей индустриализации высокие темпы экономического роста. Большинство из них по сравнению с лидерами тратило на оборонные нужды значительно меньшую часть своих экономических ресурсов. Так, в Японии максимально возможный уровень расходов на оборону был ограничен конституцией в размере 1% от ВВП.

В какой-то степени положение экономических лидеров усугубило введение в 1973 году системы плавающих валютных курсов. Это новшество устранило препятствия для свободного перемещения капитала между странами и придало новый импульс процессам глобализации. В результате значительная часть традиционных промышленных производств стала перемещаться в страны с более дешевыми производственными факторами: сырьевыми и материальными ресурсами, трудом, капиталом.

Советский Союз к началу анализируемого периода исчерпал возможности роста в рамках существовавшей социалистической модели догоняющей индустриализации. Однако после энергетического кризиса 1973 года рост цен на энергоресурсы и открытие новых месторождений газа и нефти позволили стране выйти на новую неустойчивую траекторию развития, опиравшуюся на краткосрочную конъюнктуру рынка нефти и газа. В 1985 году доля нефти и газа в структуре экспорта составила 54%. До начала восьмидесятых годов этот источник средств позволял финансировать растущие бюджетные расходы, направляемые, в том числе, на оборонные нужды и финансирование АКП. Именно в этот период СССР, наконец, смог достичь военного паритета с НАТО. По разным оценкам доля военных расходов в ВВП СССР была экстремально высокой и составляла 14-16%.

Таким образом, в середине семидесятых годов новый этап “холодной войны” и необходимость финансирования растущих расходов на оборону, в том числе и в аэрокосмическом секторе, стали главным препятствием для демилитаризации международной экономики и развития процессов глобализации. О степени взаимной зависимости АКП и большой политики лучше всего говорит тот факт, что в 1984 году доля авиационной и ракетно-космической техники в структуре заказов министерства обороны США составила 36,8%. Доля радиоэлектронного оборудования, оказавшегося по этому показателю на второй позиции, – 15,8%.

Необходимость одновременного поддержания международной конкурентоспособности американской экономики и финансирования гонки вооружений вынудили Р.Рейгана совмещать в рамках единой экономической политики рост военных расходов и снижение налогов для стимулирования экономического роста. Растущий дефицит федерального бюджета некоторое время удавалось финансировать за счет роста процентных ставок и денежной массы, увеличения импорта и притока краткосрочного иностранного капитала. Однако, когда в 1985 году дефицит федерального бюджета США достиг рекордного уровня в 300 млрд. долларов, иностранные инвесторы стали выводить свои капиталы из американских фондовых и валютных активов. Внутренние противоречия экономической политики США обернулись общим экономическим спадом.

Экономическая депрессия восьмидесятых годов, приведшая к снижению цен на энергоресурсы, и истощение природных месторождений газа изменили тенденцию развития советской экономики. Только за три года, с 1983 по 1985 г., экспорт снизился с 91,4 до 86,7 млрд. долларов. Рост ВВП, который в 1965-1970 гг. в среднем составлял 5,3% в год, в восьмидесятые годы снизился до 2,1%, а к 1991 году и вовсе стал отрицательным. В условиях экономической неустойчивости возможности финансирования бюджетного дефицита за счет внешних и внутренних заимствований быстро растаяли. Резкое сокращение бюджетных расходов, в том числе финансирования обороны и АКП, стало неизбежным.

Мотивы снижения военных расходов и последовавшей реструктуризации отраслей, лежащих в основе военно–промышленного комплекса, хорошо объясняет высказывание Вице-президента Американской ассоциации электронной промышленности Р. Томсона, который заявлял: "Если мы будем иметь просто экономику, производящую вооружения, мы утратим нашу конкурентоспособность. Мы должны признать, что военная мощь не является единственным мерилом безопасности".

С прекращением мирового противостояния главный барьер на пути глобализации мировой экономики был устранен. Благодаря развитию коммуникаций и усилению международных информационных, товарных, денежных и пассажирских потоков отдельные региональных рынки стали объединяться в единое глобальное экономическое пространство. Крупнейшие компании получили возможность производить и продавать свою продукцию по всему миру, а приобщение все большего числа стран к ценностям экономического роста привело к унификации предпочтений потребителей.

Современные информационные технологии позволили фирмам снизить затраты на обслуживание менеджментом возрастающих сфер контроля и увеличивающегося количества трансакций. Для многих компаний возрастающий положительный эффект масштабов стал перекрывать издержки роста. Особенно большое значение этот фактор приобрел в отраслях, где усложнение технологий и продукции требует все большей концентрации ресурсов для проведения НИОКР. Как известно, в АКП ведущие фирмы тратят на НИОКР до 10% своих доходов. А в секторах отрасли с мелкосерийным и единичным производством этот показатель бывает и значительно выше.

Первыми характер происходящих изменений и влияние на них аэрокосмического комплекса осознали американцы. И сделали все, чтобы захватить инициативу и направить процесс глобализации по выгодному для себя сценарию.

По прогнозам, подготовленным консультантами американского правительства в 1989 году, кардинальное сокращение военных расходов в США должно было привести к снижению темпов роста ВВП на период вплоть до 1993 года. Но уже к 2000 году эффект от высвобождения 257 млрд. долл. военных финансов и их инвестирования в гражданский сектор должен был обеспечить индекс роста ВВП на уровне 220% по отношению к 1977 году - моменту начала нового витка гонки вооружений.

Следование выбранной стратегии развития американской экономики дало результаты, которые превзошли самые смелые ожидания. Сокращение доли военных расходов в ВВП США с 6,3% в 1986 году до 2,9% в 2000 г., привело к росту ВВП, исчисленного в текущих ценах, по сравнению с 1977 годом в 4,8 раз. С учетом дефлятора – приблизительно в 2,5 раза.

В абсолютном исчислении военные расходы в США были снижены с 304 млрд. долл. в 1989 до 261 млрд. долл. в 1996 году. При этом государственные расходы на гражданские аэрокосмические программы, осуществляемые по линии НАСА, продолжали медленно расти. Беспрецедентный экономический рост США позволил к 1999 году увеличить абсолютный размер расходов на оборону до 307 млрд. долл., оставаясь в пределах 3,4% от ВВП.

Глобальная экономика и новые стратегии

Новые приоритеты экономического развития кардинально изменили структуру спроса на рынке АКП, являвшейся основой военной безопасности во времена глобального противостояния. 1987 год стал первым, когда произошло резкое снижение государственных закупок авиационно-космической техники. В 1987 году доля заказов министерства обороны США составляла 56% объема продаж национальной аэрокосмической техники. К 1996 году она снизилась до 34%. Сокращение затронуло как закупки готовой продукции, так и расходы на НИОКР.

В Европейском Союзе, по данным Европейской Ассоциации АКП (AECMA), доля военной техники в продажах аэрокосмической продукции составляла в восьмидесятые годы 70-75%, а в первой половине девяностых годов она снизилась до 40-45%. И если с 1980 по 1989 год объем продаж в отрасли вырос с 32 млрд. экю (35,5 млрд. долл.) до 53,5 млрд. экю (54,9 млрд. долл.), то в 1996 году он составлял уже только 49 млрд. долл. Доля правительственных закупок со второй половины восьмидесятых годов к 1996 году снизилась с 50% до 30%. А расходы на НИОКР в 1996 году составили 8 млрд. экю, и только 50% из них было ассигновано государствами.

В то же время в секторе коммерческих заказов АКП продолжался рост. В США с 1987 по 1997 год продажи АКП на этих рынках выросли с 40 до 65 млрд. долларов в текущих ценах.

Для обеспечения собственного лидерства в условиях глобализации и опережающего роста коммерческих секторов рынка США примерно в 1994 году начали реструктуризацию своей АКП. Решение этой задачи потребовало от государственных органов коренного пересмотра трактовок антимонопольного законодательства и разрешения активного процесса слияний и поглощений. Так, по мнению председателя корпорации “Локхид Мартин” Н.Огестайна, высказанному по поводу слияния его компании с “Нортроп Грумман”, объединение “крупных и здоровых в экономическом плане фирм не вступает в противоречие с антимонопольным законодательством и не вызовет негативной реакции в Европе. Оно позволит снизить производственные расходы и укрепить лидерство в технологии”.

В результате, на сегодня в США осталось только четыре крупных производителя конечной аэрокосмической продукции. Это специализированные корпорации “Боинг” и “Локхид Мартин”, фирма “Сикорски”, входящая в многоотраслевую корпорацию “Юнайтед Текнолоджиз”, и корпорация “Текстрон”, подразделения которой выпускают вертолеты (“Белл геликоптер”) и небольшие гражданские самолеты (“Цессна”). Намечаемое приобретение корпорацией “Боинг” фирмы “Хьюз Электроникс” - крупнейшего производителя спутников, принадлежащего “Дженерал Моторз”, может стать достойным завершением консолидации отрасли.

В Европе процесс укрупнения аэрокосмических компаний начался несколько позже. Основными инициаторами укрупнений так же стали правительства государств, обеспокоенные растущим давлением со стороны США. Председатель правления государственной компании “Аэроспасиаль” Луи Галлуа в 1994 году бил тревогу: “Не без задержки и намерения правительства структура американской аэрокосмической промышленности коренным образом изменяется. Невзирая на антитрестовское законодательство и закон о контроле над слияниями, создаются очень рентабельные гигантские компании почти во всех группах изделий”.

По причине государственной разобщенности и скромных размеров национальных рынков европейские компании имели меньшие масштабы, чем американские конкуренты и больше нуждались в объединении. По той же причине европейские фирмы начали интеграцию посредством создания совместных консорциумов, ориентированных на совместные проекты по направлениям аэрокосмической деятельности. И только после того, как на пути интеграции европейской АКП было снято препятствие в виде государственного статуса компании “Аэроспасиаль”, в Европе были созданы две крупные аэрокосмические компании “EADS” и “Бритиш Аэроспейс Системс”.

Можно констатировать, что в настоящее время большая часть международной АКП реструктурирована таким образом, чтобы воспроизводить стратегии, эффективные в условиях роста глобальной экономики. Успех реорганизации АКП США и Объединенной Европы был предопределен двумя основными факторами. Во-первых, наличием опыта аналогичной рыночной адаптации к стратегическим изменениям, связанным с I и II Мировыми войнами и следовавшими за ними сокращениями военного производства. Во-вторых, отработанной системой взаимодействия государства и частных фирм по финансированию и разработке новых оборонных технологий и их последующего использования для получения коммерческого эффекта.

Именно этих знаний и опыта управления на микро- и макроуровне не хватило отечественной АКП. Наши предприятия всегда были активны в области разработок и технологических нововведений, в связи с чем и был достигнут военный паритет, благодаря этому некоторые из них остаются конкурентоспособными на международном рынке до сих пор. Но системы стратегического менеджмента в условиях жесткого политического руководства и централизованного государственного планирования не формировались. Предприятия и отрасль не могли получить навыки самостоятельного планирования стратегии.

В новую эпоху аэрокосмическая промышленность будет развиваться прежде всего как средство коммуникаций, обеспечивающее материальную базу для информационных технологий глобализации. В условиях, когда основные факторы производства и базовые промышленные технологии глобальной экономики становятся равнодоступными для всех участников рынка, основой конкурентных преимуществ становятся эффективная глобальная система менеджмента, удобство совершения трансакций, скорость и качество доставки материальной продукции. Эффективность реализации этих функций обеспечивается услугами систем транспортных и информационных коммуникаций, поставщиком значительной части которых является или может являться АКП.

Этим обстоятельством и будет определяться структура спроса на аэрокосмическом рынке в ближайшие 15–20 лет. Так, уже сейчас международной аэрокосмической ассоциацией провозглашается задача создания глобальной автоматизированной системы корпоративного менеджмента с использованием космических технологий. Уже в течение ближайших лет основную долю рынка будут составлять услуги наземным потребителям. По оценкам компании “ЦНИИМАШ-экспорт”, занимающейся менеджментом международных космических проектов, размер рынков, непосредственно зависящих от космической деятельности, должен составить в 2000 году около 1 трлн. долл. Это 3,3% от всего мирового ВВП.

Выведение полезной нагрузки, изготовление средств выведения, орбитальных систем и наземной инфраструктуры, в которых позиции российских компаний наиболее сильны, в совокупности составят только 22% космического рынка.

В авиационном секторе значительный рост перевозок ожидается на трансконтинентальных линиях, что приведет к росту спроса на магистральные самолеты. За этот перспективный сегмент рынка сейчас борются крупнейшие поставщики гражданской авиатехники “Эрбас Индастри” и “Боинг”. Ожидаемая интеграция крупнейших авиационных, железнодорожных и автомобильных транспортных компаний, которая позволит оптимизировать предоставление транспортных услуг на глобальном рынке, потребует качественного изменения и обновления парка самолетов местных авиалиний. К сожалению, России в настоящее время нечего предложить и для этих секторов рынка, хотя перспективные разработки новых систем разными фирмами ведутся. Но на их завершение не хватает денег.

Естественная эволюция – ограниченная ответственность

В рамках традиционной траектории хозяйственного оборота советского периода АКП получала ресурсы, необходимые для своего развития, из государственного бюджета. Основным источником финансирования был экспорт энергоресурсов. Сам аэрокосмический сектор не был нацелен на достижение экономического эффекта, а поэтому не мог развиваться самостоятельно. Уровень последующего падения производства в отрасли соответствовал степени сокращения бюджетного финансирования. При незначительных объемах российских коммерческих заказов очень быстро стало понятно, что за счет внутреннего спроса аэрокосмический комплекс существовать больше не сможет.

Поэтому реально выбор стратегии дальнейшего развития оказался ограничен двумя альтернативными вариантами - АКП может развиваться, обслуживая глобальный рынок либо только в традиционных секторах, либо активно проникая в новые.

К традиционным секторам можно отнести те, которые непосредственно не участвуют в формировании глобальных транспортных коммуникаций. В авиации это разработка и производство боевой авиации как средства обеспечения национальной безопасности и местной гражданской авиации. В космической области это создание средств выведения, космических аппаратов, инфраструктуры запусков. Названные космические технологии позволяют поддерживать высокий авторитет стран в оборонной и научной областях, но не дают прямого экономического эффекта без обслуживания глобальных коммуникаций.

Новые аэрокосмические технологии возникли только как элемент хозяйственного оборота постиндустриальной глобальной экономики. Это глобальные транспортные системы, магистральная авиация, космические телекоммуникации, связь, инфрастуктура бизнеса и глобальные системы корпоративного менеджмента.

Конкурентные преимущества российского аэрокосмического комплекса основаны на высоком уроне традиционных технологий. Их использование позволило предприятиям после принятия закона о либерализации внешнеэкономической деятельности самостоятельно выходить на внешний рынок. И именно в этом качестве российская АКП оказалась интересна остальному миру.

Расширение новых секторов обеспечивает рост заказов на продукцию традиционных технологий. Поскольку к моменту выхода на рынок российских фирм центром развивающейся глобальной экономики уже сумели стать ведущие индустриальные страны, основной спрос на продукцию и услуги отечественного космического сектора, не имеющего непосредственного выхода на рынки конечных потребителей в новых секторах, возник со стороны США и стран Европейского Союза. На них приходится до 97% общей стоимости всех международных контрактов. И именно монопольное положение США, имеющих портфель в 91% стоимости российских международных контрактов, позволяет им диктовать свои условия и жестко ограничивать квоты на запуски.

Эта стратегия развития российской АКП сложилась самопроизвольно, поскольку является естественным продолжением предыдущей истории и не требует кардинальных изменений на уровне отрасли. Ее базой стали действия отдельных предприятий.

Следование стратегии развития традиционных секторов АКП приведет к тому, что российские предприятия в соответствии со сложившейся специализацией будут выполнять заказы в рамках вертикально–интегрированных международных структур. Обслуживанием потребителей на глобальных рынках будут заниматься мировые лидеры отрасли. Нашим компаниям останется заполнение недостающих сегментов технологической базы лидеров и выполнение федеральных отраслевых программ.

Для усиления жесткости структурных связей в рамках глобальной кооперации, получения доступа к заказам и финансирования перспективных разработок они будут использовать различные средства интеграции со своими иностранными партнерами:

  • допускать участие партнеров в своем акционерном капитале;
  • создавать совместные предприятия для реализации перспективных проектов;
  • выполнять заказы на производство комплектующих по кооперации внутри международных консорциумов.

На примере ГКНПЦ им. Хруничева, НПО “Энергомаш”, РКК “Энергия”, заводов “Пермские моторы” можно утверждать, что данный процесс сейчас только набирает силу (см. рис.2).

Предприятия, обладающие конкурентоспособными технологиями, при условии внедрения эффективных систем менеджмента интегрируются в глобальные структуры АКП самостоятельно. Федеральный орган управления, которым является Российское Авиационно-Космическое агентство, должен способствовать росту инвестиционной привлекательности таких предприятий и предоставить им необходимую свободу действий. Сохранение унитарного статуса или контрольных пакетов акций этих предприятий в руках государства противоречит тенденции роста доли коммерческих международных контрактов в их портфеле заказов. Тем самым государство, неспособное выступить как весомый заказчик и теряющее реальные рычаги управления отраслью, мешает самостоятельному развитию коммерческой международной деятельности предприятий.

Рисунок 2. Принципиальная схема интеграции предприятий АКП РФ в глобальный рынок при стратегии ограниченной ответственности

Неизбежным следствием указанной стратегии стало эффективное развитие только тех предприятий, которые имеют конкурентоспособные технологии, востребованные глобальным рынком. Свидетельством тому является распределение стоимости экспортных контрактов в космическом секторе, где, по данным компании “ЦНИИМАШ-экспорт”, 68% принадлежит одному предприятию, 84% - двум, 98% - пяти предприятиям. Именно за счет экспортных контрактов ведущие предприятия космического сектора смогли не просто выжить в новых условиях, но и профинансировать новые разработки.

В авиационном секторе ситуация несколько иная. Так, по данным счетной палаты России, уже сейчас иностранным инвесторам принадлежит пакет 26,7% акций ОАО “АНТК им. Туполева”, 35% - ОАО “Авиастар”, 41,28% - МВЗ им. Миля, 37,1% - ОАО “Росвертол”, 13,24% - ОАО “Пермские моторы”, 23,34% - ОАО “ВАСО”, 35,7% - ОАО “Сигнал”. Однако финансовое положение всех названных предприятий ничуть не лучше, чем у остальных. Реализовать совместно с западными партнерами новые перспективные проекты у них так и не получилось. Причина как раз в том, что все базовые технологии, ранее разработанные и используемые данными предприятиями, имеют аналоги в западной промышленности, а потому на международной арене остаются невостребованными.

Технологии, не востребованные глобальным рынком, развиваться только за счет внутреннего спроса не могут. Целостность технологического комплекса отечественной АКП может быть утрачена. В этом случае возможности положительного влияния роста экспорта продукции высоких аэрокосмических технологий на экономический рост в России будут сведены к минимуму. Наша страна так и не сможет утвердиться в качестве мировой экономической державы.

Более того, в тех секторах глобального рынка, в которых российские предприятия имеют технологические преимущества, будут постепенно развиваться и западные технологии. И по мере их развития более слабые российские конкуренты будут постепенно вытесняться с рынка. Подобная картина наблюдается на рынке боевой авиации после того, как западные корпорации начали разработку истребителя пятого поколения.

На рынке боевой авиации против нас работает еще одно, в целом позитивное следствие глобализации - тенденция снижения числа региональных вооруженных конфликтов и связанное с ним сокращение импортных закупок вооружений в два раза за последние 10 лет. А именно в этом сегменте позиции АКП России традиционно наиболее сильны.

Описанную стратегию, которая основана на экспорте в традиционных секторах и обеспечивает микроэкономическую эффективность, условно можно обозначить как стратегию ограниченной ответственности.

Национальная ответственность – экономический рост?

Повышение макроэкономической эффективности аэрокосмического комплекса может обеспечить стратегия, ориентированная на экспорт в новых секторах глобальной экономики и оказание полного комплекса услуг для потребителей, начиная с создания аэрокосмической техники и заканчивая ее эксплуатацией на рынках перевозок, связи и телекоммуникаций. Такая постановка означает качественное изменение траектории хозяйственного оборота. Экспорт, основанный на новых знаниях и технологиях, способен обеспечить гораздо более высокие темпы и устойчивость опережающего экономического роста, чем использование традиционных промышленных технологий и экспорта топливных ресурсов.

Эту стратегию, ориентированную на рост макроэкономической эффективности отрасли, условно можно обозначить как стратегию национальной ответственности. На ее успех позволяет рассчитывать существование спроса на продукцию новых аэрокосмических технологий в странах, относящихся к периферии мировой экономики, но пытающихся самостоятельно интегрироваться в глобальное экономическое пространство. Устойчивость роста данного сектора аэрокосмического рынка поддерживается благодаря различиям в уровнях развития АКП разных стран, связанным с различиями их траекторий экономического роста.

Создание аэрокосмических технологий требует больших затрат ресурсов. Поэтому страны, самостоятельно создающие полный профиль аэрокосмических технологий для традиционных и новых экономических секторов, должны обладать масштабной экономикой с высоким показателем ВВП и высоким уровнем развития, отражаемым показателем ВВП на душу населения и долей экспорта продукции новых секторов экономики в ВВП. Естественно, что в эту категорию прежде всего попадают страны передовой индустриализации.

Значительные ресурсы для развития АКП смогли также сосредоточить страны ранней догоняющей и социалистической индустриализации. Однако задержка в освоении современных технологий не позволяет им достичь высокого уровня экономического развития, из-за чего у них сохраняется низкий уровень показателя ВВП на душу населения. Полный комплекс аэрокосмических технологий удалось создать только в СССР, наиболее обеспеченном экспортными природными ресурсами. Такие страны, как Китай и Индия, заметно отстали и обладают ограниченным перечнем заимствованных технологий создания космических аппаратов и средств выведения.

Новые индустриальные страны были ориентированы на экономический рост в современных промышленных областях и сейчас имеют высокий уровень развития и показатель ВВП на душу населения. Но на этапе становления традиционных аэрокосмических технологий эти страны не имели ресурсов для развития АКП, в связи с чем у них появилось значительное технологическое отставание от лидеров. К этой категории стран прежде всего относятся Япония и государства Юго-Восточной Азии.

Высокие темпы экономического роста, наблюдавшиеся в регионе до финансового кризиса 1998 года, позволили его пятнадцати экономически наиболее крупным странам обеспечить в 2000 году совокупный уровень ВВП в 7,5 трлн. ам. долл., что составляет 24% от мирового ВВП и 80% ВВП США. Однако страны этого региона смогли достичь уровня экономического развития, позволяющего создавать собственные аэрокосмические технологии, только в восьмидесятые годы. Так, еще в 1970 году расходы Японии на исследование космоса были в 170 раз меньше, чем у США. Об указанном отставании свидетельствует и тот факт, что если уровень ВВП на душу населения у Японии примерно равен уровню США, то доля АКП в ВВП составляет только треть американского уровня (см. рис.3).

Существование данного разрыва и говорит о том, что новым индустриальным странам Юго-Восточной Азии в процессе интеграции в глобальную экономику необходимо компенсировать недостаток развития аэрокосмических коммуникаций. Сделать это можно только двумя способами. Либо заимствовать соответствующие технологии, вступая в международную кооперацию с их обладателями, либо приобретать услуги аэрокосмического комплекса в готовом виде. Одновременно важным позитивным для нас фактором является стремление этих стран к сокращению своей технологической и политической зависимости от США. Активное развитие в девяностые годы Японией, Южной Кореей, Таиландом, Малайзией, Сингапуром собственных космических программ, тщательный подбор иностранных партнеров однозначно указывают на выбранный этими странами путь интеграции. Аналогичное положение сложилось и в некоторых странах Латинской Америки, где Аргентина и Бразилия так же открыли собственные космические программы.

Сейчас эта ситуация дает нам хороший шанс для усиления позиций на мировом рынке. Но практическая реализация стратегии национальной ответственности связана с большими трудностями, поскольку требует целенаправленной и быстрой реструктуризации аэрокосмического комплекса. Эта проблема для нашей страны даже важнее того политического давления, которое оказывается ведущими корпорациями и правительствами стран Запада в процессе конкурентной борьбы на мировом рынке.

Рисунок 3. Место АКП в экономике некоторых стран

Российская АКП сейчас по масштабам деятельности значительно уступает своим иностранным конкурентам (см. рис.4). Это лишает наши предприятия возможности концентрировать ресурсы на перспективных направлениях деятельности и финансировать новые проекты. В условиях дефицита государственного финансирования и отсутствия механизмов финансирования частных заказов раздробленная структура лишает аэрокосмический комплекс ресурсов, необходимых для развития. А имеющиеся ресурсы зачастую распыляются по нескольким дублирующим проектам. Подобное происходит при разработке нового истребителя, региональных и магистральных самолетов.

Рисунок 4. Объемы продаж крупнейших поставщиков аэрокосмической продукции

Для успешной конкуренции на глобальных рынках необходимо осуществить максимальную интеграцию российских аэрокосмических разрабатывающих и производственных мощностей в рамках единой системы менеджмента

Обеспечить решение этой задачи самостоятельно российским предприятиям не по силам. Помимо естественных организационных сложностей на пути интеграции зачастую встают индивидуальные интересы высшего руководства предприятий, что подтверждает ряд конфликтов, возникших при создании авиационных финансово – промышленных групп. Важным препятствием становится и нежелание руководства предприятий из-за опасности социальных обострений отказываться от заведомо неперспективных областей деятельности и неэффективных активов.

В силу указанных причин, а также из-за сжатости сроков, реструктуризация должна осуществляться централизованно. Основу структуры интегрированной аэрокосмической компании (ИАКК) должны составить отделения, объединяющие предприятия по технологическим направлениям (см.рис.5).

Высшее руководство такой интегрированной компании обеспечивает управление стратегическими проектами по выходу на перспективные сегменты международного рынка, требующими использования потенциала всех технологических отделений. Из-за значительной специфики работы на внешних рынках реализация этих проектов потребует создания специального отделения, отвечающего за международную деятельность. Еще одной функцией ИАКК должен быть финансовый контроль за деятельностью отделений.

Рисунок 5. Принципиальная схема структуры ИАКК

Отделения должны в рамках работ по стратегическим проектам обеспечивать разработки и производство продукции, а также - продолжать собственные проекты, не укладывающиеся в рамки стратегических, в том числе и международные.

Главной опасностью при реализации стратегии национальной ответственности является свойство большинства отечественных централизованных организаций превращаться в бюрократические структуры с негибким менеджментом. Для снижения риска подобной метаморфозы структурной основой отделений ИАКК должны стать предприятия – лидеры в своих технологических областях, уже добившиеся успеха на международном рынке.

Российское Авиационно-Космическое агентство не может осуществлять непосредственное руководство деятельностью ИАКК, поскольку статус федерального органа управления вступает в противоречие с коммерческими целями компании. Полномочия по руководству аэрокосмической деятельностью и обслуживанию коммерческих рынков после реструктуризации должны быть сосредоточены в ИАКК. После завершения программы реструктуризации федеральный орган исполнительной власти должен сохранить ответственность только за реализацию федеральных отраслевых программ.

Соблюдение государственных интересов в деятельности компании должно обеспечиваться через институциональное воздействие, участие государства в акционерном капитале ИАКК и работу его представителей в совете директоров.

Государственная политика и менеджмент ИАКК должны строиться на понимании того, что в условиях новой экономики не военная мощь и даже не капитал, а знание и умение сознательно использовать принципы экономического и технологического развития являются главным источником конкурентных преимуществ. Как показывает опыт США, правильно выбранная стратегия позволяет активно формировать будущие условия экономической деятельности, в том числе и для конкурентов.

Если теперь, в сложившихся на данный момент условиях глобализации, российская АКП и сможет реализовать стратегию национальной ответственности, ей уже вряд ли удастся догнать ушедших вперед лидеров. Но незавершенность процесса глобализации еще оставляет возможность вскочить на подножку уходящего поезда. Как показывают проведенные оценки, успешная реализация стратегии национальной ответственности в ближайшие 20 лет может привести к росту товарооборота российской АКП примерно в 9-10 раз, увеличению нашей доли мирового рынка до 9% и вызвать рост годового ВВП РФ до 100%.

А это уже означает самостоятельное позиционирование России в глобальном экономическом пространстве.